TV
Бывший форвард киевского "Динамо" Сергей Юран вспоминает интересные моменты своей карьеры в составе столичного клуба (1988/91).
- У Лобановского по всему Киеву были глаза и уши. А в команде кто-то "постукивал"?
- Уверен - нет. Мне рассказывали, как второй тренер Пузач явился к нему в Конча-Заспе: "Васильич, на балконе ребята курят". Лобановский нахмурился: "Ты-то что там делал?"
Подобные вещи он не поощрял. А в курсе всего был, потому что это "Динамо", люди в погонах. От них ничего не скроешь. Плюс на весь Киев в те годы – три приличных ресторана. Понятно, где народ отдыхает. Так что игрокам не надо было "стучать".
На базе по утрам нам измеряли давление. Лобановский всегда стоял рядом. Помню, укоряет Баля: "Андрюша, давленьице скачет". – "Васильич, наверное, кофе многовато выпил". – "А-а, я уж волноваться начал, что облако над домом у тебя другое…" Говорил Лобановский мало. Зато взглядом такой рентген делал, что я по минутам готов был рассказать, когда в туалет ходил в последние три дня!
Был случай. Столкнулся с Лобановским на лестнице базы. Он зыркнул и пошел. Молча. А у меня ноги подкосились. Все, думаю, попал. Лихорадочно копаюсь в памяти: "Так, вчера вечером где был? Дома спал. Позавчера – вроде тоже. А до этого? Точно! Мы же в баре с телками посидели". В зал, где команда собиралась перед тренировкой, я шел, как на плаху.
- Досталось?
- Ни словом не обмолвился. Однако мне и взгляда хватило. Пропотел, как после кросса. В качестве воспитательной меры Лобановский отправлял молодых в армию. Во время отпуска! Чтоб лучше осознали поведение. Прошли через это и Михайличенко, Яковенко, Олег Кузнецов…
- А вы – за что?
- Жил в общаге, там игроки под колпаком. Где-то присели – сразу сигнал Лобановскому. Если сигналы накапливались – здравствуй, армия. Я бы еще раньше туда загремел, но спасла хитрость.
- Какая?
- Завершился сезон, завтра – первый день отпуска. Внезапно звонок: "Утром зайди к Васильичу". Я понял, что служить упекут. Новый год придется в казарме встречать. Тоска. Звоню бате в Луганск, объясняю ситуацию: "Выручай. Отбей срочную телеграмму, что ты в больнице". Кощунство, конечно, но ничего другого в голову не пришло. И с телеграммкой в кармане двинул к Лобановскому. Вытащил, едва он об армии заговорил. "Вот, отец болеет…"
- Что Лобановский?
- Сухо спросил: "Ты врач?" – "Нет". – "Тогда чем ему поможешь?". Тут уж я заныл: "Пожалуйста, дайте шанс. Выводы сделаю, больше не повторится…" Пауза. И тихий голос Лобановского: "Хорошо".
- Хоть кто-то в "Динамо" отваживался с ним спорить?
- Что вы! Разве что Михайличенко и Заваров могли на разборе игры вставить слово. Но лучше в такие минуты было промолчать. А то Лобановский заведется, и сидеть будем долго. То же самое – после матча.
- Даже победного?
- Да. До появления Папы в раздевалке нужно было успеть заскочить в душевую. Прямо в бутсах. Там выжидали, пока он не откланяется. Как-то попрятались, через щелочку в двери поглядываем. Папа шагает туда-сюда. Обращается к Яремчуку, мол, что ж ты не замкнул прострел? Ответ Лобановскому не требуется. Ему надо выпустить пар. Но Ваня зачем-то ввязывается в дискуссию. Лобановский закипает. Так, думаем, из душевой выберемся нескоро. Когда наконец он уехал, Бессонов с Демьяненко напихали Яремчуку: "Ты что, Папу не знаешь? На фига в бутылку лезешь?"
- У кого в том "Динамо" было железное здоровье?
- У Раца, Яремчука и Яковенко. Когда бежали тест Купера, они обгоняли всех на два круга! Спартаковцы шутили, что в Киеве год за три шел. Нагрузки действительно были запредельные. Постепенно освоился, но первый предсезонный сбор в "Динамо" до сих пор вспоминаю с ужасом. В раздевалке падал на кушетку без сил. Мышцы болели так, что до "соска" в душевой на полусогнутых доходил.
- Рац – общительный?
- Не очень. Венгр есть венгр. Самые компанейские ребята – Демьяненко, Бессонов, Баль, Михайличенко. Иногда Баль доставал аккордеон, и Заваров запевал: "Вышел в степь донецкую парень молодой…"
- Хорошо пел?
- Главное - с душой! Коллектив был потрясающий. Вместе работали, вместе отдыхали. Особенно когда Папа в сборную уезжал.
- Яремчук нам с гордостью сообщил, что в "Динамо" непьющих было двое – он да Рац.
- Ване, чтоб захмелеть, достаточно бокала шампанского. А Вася – фанат режима. Не умел расслабляться. И в какой-то момент на фоне колоссальных нагрузок произошел срыв. После этого Рац вел себя, как лунатик. Жена ночью периодически привязывала его к кровати. А на базе соседом Раца по комнате был Беланов. Рассказывал: "Просыпаюсь среди ночи от удара кулаком по подушке. Открываю глаза – Рац стоит. "Вась, ты чего?" Молчит. Походил по номеру, лег, уснул. Утром Беланов крик поднял, мол, опасаюсь с Рацем жить. А тот ничего не помнит. Не верит, что такое было.
- Почему Яковенко на тренировки ездил на велосипеде?
- Паша крестообразные связки порвал, долго восстанавливался. Врачи посоветовали разрабатывать ногу с помощью велосипеда. И вот, из центра города километров 30 он педали до базы крутил. Мы его на машинах обгоняли, гудели в клаксон. Характер у Яковенко уникальный. Если режим нарушал, потом динамовский доктор Малюта не знал, куда от него деться. Паша просил, чтоб ему готовили свежевыжатые соки из моркови и свеклы, в каждом блюде высчитывал калории, боялся выпить лишний глоток воды…
- Кто из игроков "Динамо" держался за столом особенно стойко?
- Михайличенко. И Демьяненко сколько б ни выпил - всегда оставался на ногах.
